7 шт. – чашки диаметр 8,5 см высота 5,0 см

8 шт. – блюдца диаметр 15,0 см

6 шт. – тарелки размер 17,5 см

1 шт. – масленка без крышки диаметр 14,5 см высота 5,0 см

1 шт. – чайник заварочный с крышкой высота 12,0 см (трещина по дну)

1 шт. – сахарница с крышкой высота 11,0 см (трещина отколота ручка)

1 шт. – сливочник высота 8,5 см

Сервиз в продаже и вы можете его купить, пишите antik-invest@mail.ru

Последнее время не так часто, но я рассказываю вам об интересных предметах, которые иногда удается найти. Полезность фарфора в образовании и общей эрудиции бесспорна. С чего бы еще вдруг вспомнить о Тильзитском мирном договоре, заключённым в период с 25 июня по 9 июля 1807 года в Тильзите (сейчас город Советск в Калининградской области) между Александром I и Наполеоном после Войны четвёртой коалиции 1806–1807 годов, в которой Россия помогала Пруссии? Страницы школьных учебников были перелистаны на этой теме секунд за 15, во всяком случае у тех, кого в детстве не сильно интересовала история и наполеоника. А по прошествии десятилетий знания способны принести доход, ни этим ли увлекательны инвестиции в Антиквариат?
Итак, перед нами очень приятный и увесистый фарфоровый предмет. Попробуем анализировать и действовать по рекомендациям из этого раздела Руководство для чайников в Антиквариате или 10 простых шагов на пути исследования старья. Клеймо очевидно читаемо и мы отправляемся по ссылке Гарднеровский фарфор, клейма Гарднер. Но датировка будет абсолютно точной! так как на дне есть надпись-подсказка, то труда не составит ее забить в поисковик и получить ответ.

Фарфор, лепка, деколь, подрисовка, подглазурное крытье, позолота.

Высота с ручками 6,5 см диаметр 16,0 см

Марка красная надглазурная Гарднер в Москве и надпись “Свиданie Александра I съ Наполеономъ въ ТильзитѢ” (Свидание Александра I с Наполеонм в Тильзите)

1912 год, Завод Гарднера. Село Вербилки. Московская губерния

“Товарищество М. С. Кузнецова” к 1912 году владело этим заводом, но марку продолжали ставить Гарднеровскую.

Террина малая без крышки или конфетница со скульптурными ручками относится к знаменитому сервизу “1812 – 1912″.

Подобную форму фарфорового предмета с крышкой или без оной, на подставном блюде или без него, обычно принято называть терриной в России в экспертных описаниях. Учитывая, что предмет является интересным коллекционным экземпляром и ему рекомендуется витринное хранение, то скорее всего его можно отнести к чайному сервизу и считать конфетницей или вазой.

Фарфоровый завод в Вербилках был основан Францем Гарднером в 1754 как «Мануфактуры Гарднер» и уже через 30 лет в 1785 году за высокую оценку изделий, выполненных по заказу Екатерины II, фабрика получает от московского губернатора право ставить на свои изделия изображение московского герба, а в 1855 году по решению императора – Государственного герба России. Право использовать изображение Государственного герба России на продукции «Мануфактур Гарднеръ» было подтверждено в 1865, 1872, 1882, 1896 годах. С 1856 года фабрика «Мануфактур Гарднеръ» обладает званием Поставщики Двора Его ИМПЕРАТОРСКОГО Величества (Е.И.В.)”.

В 1892 году фабрику выкупает М.С. Кузнецов и она становиться частью «Товарищества М.С. Кузнецова», однако сохраняет известную торговую марку Гарднера и его клеймо.

Патриотизм всегда был коммерческим продуктом: в 1912 г. в Вербилках была выполнена целая серия изделий к столетию победы над Наполеоном и “Товарищество М. С. Кузнецова” выпустило сервиз “1812-1912″, посвященных столетию Бородинской битвы: тарелки, сервизы, блюда, подарочные чашки, вазы и др. с изображением эпизодов Отечественной войны 1812 г. Деколи для этой серии были заказаны в Германии и изображали «Встречу Александра I с Наполеоном в Тильзите», «Военный совет в Филях», «Отступление Наполеона из России» и др. В декоре изделий использовались техники подглазурного и надглазурного крытья, цировки, штамповки, роспись. Золотая кайма по бортам была сделана «под Вену» XVIII в.

Отдельные предметы из этого сервиза (экспонаты из крупного личного собрания коллекционера Александра Вихрова) были представлены на выставке “Два императора”, посвященной 200-летию Отечественной войны 1812 года, проходившей с 15.02 – 15.03.2012 во Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства. Правда там например чайник позиционировался как предмет с росписью, что явное заблуждение на мой взгляд, это деколь с подрисовкой в лучшем случае.

На дне нашей конфетницы изображена сцена рукопожатия Наполеона и Александра I при заключении Тильзитского мира в шатре на реке Неман. Данная деколь выполнена по акварели профессора А. Д. Кившенко, опубликованной в бесплатном приложении к журналу “Север” в 1893 году – Альбом акварелей к роману графа Л. Н. Толстого “Война и Мир”.

Отрывок из романа:
“Борис в числе немногих был на Немане в день свидания императоров; он
видел плоты с вензелями, проезд Наполеона по тому берегу мимо французской
гвардии, видел задумчивое лицо императора Александра, в то время как он
молча сидел в корчме на берегу Немана, ожидая прибытия Наполеона; видел, как
оба императора сели в лодки и как Наполеон, приставши прежде к плоту,
быстрыми шагами пошел вперед и, встречая Александра, подал ему руку, и как
оба скрылись в павильоне. Со времени своего вступления в высшие миры, Борис
сделал себе привычку внимательно наблюдать то, что происходило вокруг него и
записывать. Во время свидания в Тильзите он расспрашивал об именах тех лиц,
которые приехали с Наполеоном, о мундирах, которые были на них надеты, и
внимательно прислушивался к словам, которые были сказаны важными лицами. В то самое время, как императоры вошли в павильон, он посмотрел на часы и не
забыл посмотреть опять в то время, когда Александр вышел из павильона.
Свидание продолжалось час и пятьдесят три минуты: он так и записал это в тот вечер в числе других фактов, которые, он полагал, имели историческое
значение. Так как свита императора была очень небольшая, то для человека,
дорожащего успехом по службе, находиться в Тильзите во время свидания
императоров было делом очень важным, и Борис, попав в Тильзит, чувствовал,
что с этого времени положение его совершенно утвердилось.”
Нарочито добавление насыщенного синего подглазурного крытья (цвет королевскрй мании), орнамента из лавров на дне, по краям симметричных золотых лавровых венков (аксессуары, взятые из атрибутов римской военной истории) с расположенными внутри золотыми геральдическими лилиями – эмблема французского королевского двора. Все это элементы стиля ампир, в своем время распространившемуся по настоянию Бонапарта I, созданные для отражения мощи, величия, богатства и силы державы – Империи. Название стиля ампир «empire» так и переводится с французского — «империя». Все эти элементы подчеркивают связь двух императоров и держав и важность события, которому посвящен был выпуск сервиза – 100-летие Отечественной войны 1812 года.

Подлинность малой террины или конфетницы из сервиза “1812 – 1912″, ее датировка и принадлежность к Гарднеровской фабрике в Вербилках не вызывает сомнений. Предмет представляет историко-художественный, коллекционный и музейный интерес.

Рекомендую почитать:

Как отличить деколь от ручной росписи

Как отличить фарфор от фаянса

Кольцо – подарок Наполеона Бонапарта Жозефине или Наполеоника – как раздел коллекционирования.
Самый дорогой договор документ и образец: Брачный контракт Наполеона и Жозефины

А теперь мы попытаемся разобрать детально, сколько стоит блюдо товарищества Кузнецова, какова цена кузнецовской тарелки, во сколько можно оценить полный фарфоровый или фаянсовый сервиз Кузнецова и что дороже, за сколько можно купить посуду Кузнецова.

Скажу сразу, редких клейм Кузнецов не имел, копаться и маяться в атрибуции, искать какой фарфоровый или фаянсовый завод отличился, чтобы выяснить какого года клеймо и в каком году Кузнецов выпустил тот или иной сервиз – почти потеря времени. Указатель марок на фарфоре и фаянсе хорош для редкостей, для маленьких частных фарфоровых заводов и малотиражных старинных изделий.

Трактирная посуда Кузнецова – а именно она и представлена массово на рынке антиквариата – это классический ширпотреб конца 19 – начала 20 века.
Разумеется, есть и исключения. Пожалуй с них и начнем, оставив малую пластику ( в основном фаянсовую, мы в этом разделе говорим только о заводах Кузнецова), будем разбирать детально столовую посуду.

Представленное на главном фото и в тексте фаянсовое блюдо было продано приблизительно за 40 000 рублей ( грубо 1 000 евро). Но вы же видите как оно хорошо! Состояние! Редчайшее! Красивое! и клейма есть, но не Кузнецова, а С.Масленикова – чувствуете разницу? – вот именно она и объясняет такой ценовой ап.

А теперь посмотрим на заурядные блюда Кузнецова, скупаются они у населения не дороже 200-300 рублей, в продаже висят очень долго, в итоге купить его могут только или начинающие антиквары или дособирающие сервиз до комплекта, в этом случае цена блюда может достичь 1000 – 1300 и даже 1500 рублей.
Это все относится к блюду в идеальном состоянии, если это фаянс, то желательно без кракелюра и желтых пятен, никаких сколов и трещин. Блюда с дефектами – выше 200-300 рублей не стоят. Увы! А еще очень часто на отдельных предметах кузнецовских сервизов нет клейм, только номера. Вот отдельно такие тарелки, соусники, супницы и т.д продать крайне сложно.

К слову сказать, соусник и супница (рагушница) Кузнецова – самые частые и самые непродаваемые и висяковые позиции. Супницы в итоге заканчивают свой век как кашпо, а соусники оседают у коллекционеров за 2 копейки.

О размерах. Чем блюдо шикарнее и красивее, тем большую цену добавляет ему размер!
Чем проще и примитивнее блюдо – тем ниже его стоимость при увеличении размера. Объясняется просто: страшненькая посудина огромного размера при пересыле в 90% случаях бьется, крайне неудобна в хранении. Интерьерная старинная шикарная вещь величиной только усиливает ценовые позиции.

Все тоже самое можно сказать и о тарелках Кузнецова. Фарфоровые чуть дороже ( около 20%) от фаянсовых, по причине как раз кракелюра и пятен. Стоимость примитивной тарелки с декольным рисунком при закупе (покупке у населения) не превышает 100 – 120 рублей, размер и глубокая тарелка или пирожковая уже почти не важно.

Слегка добавит к цене подрисовка, ажурный край, аэрограф, ну и понятно если это вдруг живопись. Живописная тарелка покупается около 1300 – 1500 рублей. Продать тарелку Кузнецова чуть легче чем блюдо, но тоже экспонирование товара не оправдывает хозяйственных и накладных затрат.
Комплектность. Важна! … но не настолько, как хотелось бы… 6 тарелок могут продаться чуть-чуть дороже чем по одной. В любом случае, это не больше 500-1000 рублей за тарелку. Живописная шикарная тарелка в идеальном состоянии – до 4000 рублей.

По большому счету сильной разницы в цене не ощущается и в фаянсе или фарфоре выполнен сервиз Кузнецова. Фарфоровый будет на 20-30% дороже, но если он полный и красивый (ключевое слово) – то может достичь 30 000 рублей и выше. В закупке, в среднем, фаянсовые кузнецовские сервизы от 3500 рублей до 5000 рублей, продать его можно до 15 000 рублей (но сложно, да почти невозможно).

Дорого купить отдельные предметы столовых и чайных сервизов (про чайные пары и сервизы будет отдельная статья и отдельный обзор цен и рынка фарфора Кузнецова) могут только те, кто пытается собрать полный сервиз. Найти такого покупателя большая удача!
Рекомендую почитать популярные разделы:

Фарфор Кузнецова – клейма фарфоровых заводов Кузнецова. Масленки.,

Дорогой и дешевый старинный фарфор ,

Как отличить деколь от ручной росписи

Как отличить фарфор от фаянса

Чистка изделий из серебра

Фарфоровая пластика 20-х. Кузнецов и Данько

Кузнецовский фарфор. Клейма фарфоровых заводов Кузнецова. Масленки.

Советский фарфор. Фарфоровые клейма и каталог Гжель, ЛФЗ, Корниловых, ИФЗ и др.

Ф. Емельяновъ и Скачковъ въ Морье. Фарфоровый завод Ф. Емельянова – клейма, марки, каталог. Фаянс Поскочина.

Дулевский фарфоровый завод – клейма, марки и монограммы художников Дулево – каталог
ЭТА ГИГАНТСКАЯ ЧАЙНАЯ ПАРА КУЗНЕЦОВСКОГО ФАЯНСА В ПРОДАЖЕ
КУПИТЬ ЧАШКУ И БЛЮДЦЕ КУЗНЕЦОВА: antik-invest@mail.ru

чайная пара Кузнецов, 1,5 литра

калач, фарфор, частные русские фарфоровые заводы, Ф. Емельяновъ и Скачковъ въ Морье

По всей известной литературе и интернет изданиям мне удалось собрать достаточно скудный материал про этот частный русский фарфоровый завод.
Вот такие клейма представлены в пособии для любителей и коллекционеров “Марки фарфора, фаянса, майолики” напечатанному по изданию И. Троцкого и Ф. Фогта. ( все картинки и фото на сайте кликабельны, чтобы посмотреть крупнее и в большем разрешении нажимайте на саму картинку, это удобно).

фарфоровый завод Федора Емельянова в деревне Морье клеймо 1 сорт

фарфоровый завод Федора Емельянова в деревне Морье клеймо 2 сорт

Описание тоже весьма коротко: Завод Емельянова в деревне Морье близ Санкт-Петербурга ( Emelianoff). Основан в начале XIX века. Выделывал сначала фаянс, а потом и фарфор. Метки голубые на изделиях I сорта и красные на изделиях II сорта.
Немного шире, но все равно недостаточно глубоко описывают завод Т.Д. Карякина, А.В. Селиванов и Е.А. Бубнова:

Завод Ф.Е. Емельянова в деревне Морье. Марка синяя надглазурная штампом сильно искаженный двуглавый орел без скипетра и державы, и надписи: “Завода Ф.Е. Емельянова”, “МОРЬЕ” и ” 1″ (1 сорт) в фигурном обрамлении. Изображена на фарфоровом чайнике (211 х 136 х 143 мм). Датировка предмета: конец XIX – начало XX веков.

Известны близкие марки красного и синего цвета с дополнительным сокращением в виде буквы “Д” (деревня) перед названием местонахождения завода и без надписи, говорящей о сорте изделия, датируемые 1887 годом – началом XX века.

Завод основан в начале XIX века в деревне Морье Шлиссельбургского уезда Санкт-Петербургской губернии бароном Петром Фридрихсом. В 1817 году приобретен надворным советником Сергеем Яковлевичем Поскочиным, в 1842 году перешел в собственность графини Софьи Александровны Голенищевой-Кутузовой, а в 1851 году вновь продан барону Л.Ф. Корфу. Позднее завод перешел по наследству к баронессе М.Л. Корф. С 1851 по 1887 годы завод арендовался братьями Корниловыми, князем Долгоруким, охтинским купцом Гудковым (или Худковым), купцами Салмановым, Меншуткиным, Ступиным. С 1878 по 1887 годы арендовался купцом Федором Емельяновичем Емельяновым. В 1887 году был выкуплен Ф.Е. Емельяновым, а в начале XX века перешел к его сыну, А.Ф. Емельянову. Первоначально (до Ф.Е. Емельянова) завод выпускал продукцию из фаянса и каменных масс, а затем, при Ф.Е. Емельянове, только из фарфора. На изделиях 1-го сорта ставилась марка синего цвета, на изделиях 2-го сорта красного. В начале XX века на производстве было занято 40 человек, использовался печатный рисунок.
Продукция: чайная и столовая (трактирная) посуда.
Википедия чуть расширяет сведения:
МОРЬЕ деревня, на земле Морьинского сельского общества при р. Морье, на устье, при впадении ее в Ладожское, озеро один конец деревни на берегу Ладожского озера; 49 дворов, 139 м. п.,146 ж. п., всего 285 чел., смежны с фарфоровым заводом Федора Емельянова, находящимся на его собственной земле, кроме завода имеются: православная часовня, 3 мелочные лавки, винная лавка.
ФАРФОРОВЫЙ ЗАВОД купца Ф. Е. Емельянова – при деревне МОРЬЕ, у Ладожского озера и р. Морье 2 места, 42 м. п., 22 ж. п., всего 64 чел.; кроме завода, мелочная лавка, 2 мастерские.

В 1905 году, в деревне на фарфоровом заводе купца Ф. Е. Емельянова, трудилось 24 рабочих, а самому купцу принадлежало 556 десятин 1800 саженей земли при деревне.
Происхождение названия Морье неизвестно.

Первое картографическое упоминание деревни селение Moria, на “Карте Карелии, составленной после взятия Кексгольма Понтусом де ла Гарди” в 1580 году.

Второе, более века спустя в 1705 году деревня появляется на “Географическом чертеже Ижорской земли” Адриана Шонбека под именем Мурияньеми (Мурьинский мыс фин.).
В середине XVIII века, деревня Морья, была пожалована императрицей Елизаветой, вдове подполковника Марфе Сахаровой.
Затем деревня ещё несколько раз меняет своё название.
В 1770 году, деревня упоминается на карте Санкт-Петербургской губернии Я. Ф. Шмита, под именем Мариселка.
В 1792 году, на карте окрестностей Петербурга А. М. Вильбрехта, под именем Марисельская.
В том же 1792 году, на карте Санкт-Петербургской губернии, прапорщика Н. Соколова, деревня Морье упоминается, как “Мыза Марисельская и в ней Оринка”.
Затем, в 1812 году, деревня переходит во владение надворного советника Поскочина.
В 1820 году, на “Генеральной карте Санкт-Петербургской губернии”, она обозначена, как Оринка.
И лишь начиная с 1834 года (карта Ф. Ф. Шуберта), вновь обозначается, как Морье (Морья).
С 1842 года, деревней владеет С. А. Голенищева-Кутузова.
С 1851 по 1917 год, деревней владели бароны Корфы и их наследники.
Но таких клейм, какие приведены в справочниках найти на “живых предметах” не удается (возможно у музейщиков больше шансов).
Вот какие клейма реально существуют:

клеймо марка Ф. Еемельяновъ и Скачковъ Морье

клеймо марка Ф.Емельяновъ и Скачков Морье

И конечно, говоря о Морье и заводе Емельянова, нужно обязательно упомянуть Фаянс завода Поскочина.
Эта статья гуляет по просторам интернета, и настоящий автор мне был не известен пока в комментариях не подсказали. С удовольствием добавляю запись о происхождении статьи: журнала Антиквариат №6(58) июнь 2008 г. Статья О. Новиковой называется Фаянс Завода Поскочина. Кстати журнал Антиквариат (некоторые номера) есть в открытом доступе для скачивания, очень рекомендую.
Завод Сергея Яковлевича Поскочина справедливо считается одним из лучших среди Многочисленных фаянсовых предприятий России первой половины XIX века. В истории русского фаянса он оставил заметный след.

Изделия этого предприятия привлекли внимание знатоков керамического производства конца XIX – начала XX века. Так, в журнале “Старые годы” за 1911 год в статье, посвященной этому производству, автор Н. Ротштейн писал: “Ни один из русских заводов не достигал такой художественности и такого разнообразия в моделях, как завод в деревне Морье. Поскочин сделал все, что мог, чтобы поднять достоинство русского фаянса”. В книге 1894 года издания исследователь истории керамики В.И.Селезнев отметил: “Из первоначальных фаянсовых фабрик около Петербурга особенно выдавался завод Поскочина”. И подчеркнул, что изделия завода ценятся коллекционерами, они есть в знаменитых собраниях А.В. Морозова, НА. Лукутина, С.Э. и В.Я. Евдокимовых.

Об истории этого производства сохранилось немного данных. В 1816 (или 1817) году надворный советник Сергей Яковлевич Поскочин приобрел усадьбу в д. Морье Шлиссельбургского уезда и завод у барона И. Ф. Фредерикса (который основал его в 1772 году). До 1826 года здесь выпускали стекло и стеклянную посуду, затем начали проводить опыты по производству фаянса. С 1829 года завод перешел только на его выпуск. Здесь, как отмечает Т.И.Дулькина, работали русские (вольнонаемные и крепостные) и иностранные мастера (один из Пруссии и два из Финляндии), всего – 44 человека. На фабрике было: 11 зданий, 2 горна, 3 сушильни, 15 печей. Все производственные процессы здесь осуществлялись вручную, материалы были в основном отечественные, кроме красок для росписи – их привозили из Дании. Использование российского сырья способствовало тому, что цены на фаянс Поскочина были вполне доступными для многих покупателей.

На 1-й мануфактурной выставке в Петербурге 1829 года изделия завода были причислены к 1 разряду, эксперты отмечали “доброту и чистоту разделки, красивость форм и умеренность цены”. Продукция фабрики с успехом экспонировалась и в 1839 году на мануфактурной выставке в Петербурге.

Поскочин владел заводом до 1842 года, затем продал его графине Софье Александровне Голенищевой-Кутузовой, жене полковника. С 1851 по 1887 год его хозяевами были барон Л.Ф. Корф и его жена М.Л.Корф, которые сдали предприятие в аренду, а в 1887 году продали его купцу Ф.Е. Емельянову (после этого года завод производил только фарфор). Расцвет предприятия, несомненно, приходится на 1830-1842 годы, так как позднее здесь лишь повторяли старые образцы. Анализируя сохранившиеся изделия завода Поскочина, можно смело утверждать, что они являются ярким примером стилевых поисков эпохи историзма 1830-1850-х годов.

Во второй трети XIX века в искусстве постепенно угасает стиль классицизм, на смену жесткой ориентации на эталоны античности приходит эклектика, принцип “свободного выбора форм”. Необыкновенно возрастает роль моды, а вкус заказчика уже в очень значительной степени влияет на выбор стиля при создании различных вещей.
Изделия завода Поскочина можно назвать своеобразной “энциклопедией русского историзма” в области керамики. Это было время, когда, как в пестром калейдоскопе, сменяли друг друга самые разнообразные влияния, скоропреходящие моды и увлечения. Формы, сюжеты, орнаменты мастера-керамисты черпали из живописи, графики, архитектуры, прикладного искусства разных эпох и народов. Фаянс и полуфарфор завода Поскочина в этом плане демонстрируют все разнообразие стилей середины XIX века – второе рококо и восточные сюжеты, неоготику и помпейский стиль.

Одним из самых популярных направлений в русском искусстве середины XIX века было так называемое второе рококо, подражавшее искусству XVIII столетия. В этом стиле выполнены изысканная сухарница в виде рельефных трилистников , вазы с крышками и ручками в виде женских голов и миниатюрная чаша на ножке , парные кашпо с изображением птиц и букетов в картушах. Все предметы декорированы “в духе” фарфоровой или фаянсовой росписи Германии или Франции XVIII века. Рокайльная ручная роспись сочетается с классицистическими формами и деталями изделий (ручки горшочков в виде женских головок и чаши, характер завершения края кашпо). Отметим, что кашпо – типичные вещи того времени. Комнаты модных домов 1830 – 1850-х годов заполнялись трельяжными сетками, увитыми зеленью, жардиньерками, кадками с растениями. Все это, по мнению романтически настроенных современников той эпохи, “приближало человека к природе”. Крупный рельефный ковровый орнамент покрывает всю поверхность парных кашпо. Такая форма изделий была очень популярной, ее повторяли и мастера известного Киево-Межигорского фаянсового завода.

В контексте неорококо в фаянсе появляются и восточные сюжеты. Подобный декор можно видеть на миниатюрной чайной чашке и бульонной чашке с блюдцем. Как отмечают в монографии “Дальневосточный фарфор в России” Т.Б.Арапова и Т.Д.Кудрявцева, “сюжеты обретают вид забавных гротесков, изображаются с изяществом, присущим стилю рококо. Нарочитая утрированность черт, костюмов, пропорций фигур, фантастичность форм архитектуры и рисунка растений отделяют эти мотивы от реальных прототипов. Создается условный, декоративный, театрализированный образ”. Это – о русском фарфоре XVIII века, но то же самое повторяется и в середине XIX столетия, только уже в сочетании с формами предметов, характерными для эпохи историзма.

Китайские сюжеты приходят в русский фаянс не только с немецких фарфоровых оригиналов, но и с образцов английской керамики. Впервые они появились в 1761 году на фарфоре Вустера (Worcester). В 1785 году Дж. Спуд в Сток-он-Тренте (Стаффордшир) и Нэлфли в Шропшире начали выпускать фаянс с подобным декором. Такие предметы получили название “Willow pattern”, то есть декорированные “китайскими сюжетами, выполненными по трафарету”. Они стали пользоваться большим спросом, потому что в последней трети XVIII века в Англии произошло резкое снижение цен на ввозимый из Китая чай, и “чайная церемония” стала доступна более широким слоям населения. Однако вскоре тарифные цены на импорт фарфора из Китая возросли, так что покупатели вынуждены были приобретать английский фарфор и фаянс. К тому же серебряную посуду, широко использовавшуюся при чаепитии в богатых домах, переплавляли на монеты, так как Англия в то время находилась в состоянии войны с Францией и нуждалась в дополнительных средствах. Китайские сюжеты были столь популярны, что к ним обратились такие ведущие мастера-керамисты, как Джозайя Веджвуд, Копеланд, Минтон в Лондон-Роуд (Стаффордшир).
Иногда встречаются предметы из фаянса второй трети XIX века, которые имитируют образцы из других материалов. Например, ажурная, изящная сухарница из собрания А. В. Морозова выполнена по мотивам дальневосточных изделий из кости.

В 1830 – 1850-х годах покупатели ценили предметы, имеющие “богатый” или “роскошный вид”. Один из них – декоративная тарелка с изображением пасторальной сцены. Люстр и две яркие полосы с цветочным орнаментом, украшающие борт тарелки, усиливают впечатление “богатой декорировки”.

Тридцатые годы XIX века ознаменовались романтическим увлечением Средневековьем и готическим искусством. Дворец Коттедж, выстроенный в Петергофе архитектором А.Менеласом для императора Николая I, стал образцом для подражания. В аристократических домах и усадьбах мастера оформляли кабинеты, библиотеки и гостиные в “готическом вкусе”. В этих интерьерах царила атмосфера таинственности. Цветные стекла, витражи, ширмы, мебель, фарфор, хрусталь в “готическом вкусе”, рыцарские доспехи вдоль стен, кубки и реликварии в шкафах и витринах создавали приподнятое, поэтическое настроение.

Производители фаянса очень редко обращались к неоготике. Но в числе изделий завода Поскочина есть тарелка и три чашки с блюдцами  из темно-коричневого (цветного) фаянса, создающего ощущение “древности”. В рельефных орнаментах и деталях этих изделий (ручка одной из чашек украшена фантастической птицей, в центре тарелки – готическая розетка) ясно прочитываются средневековые мотивы. Все чашки имеют форму, немного уплощенную по горизонтали, и выступающие ручки, типичные для керамики 1830 – 1850-х годов. Для этого времени вообще характерно то, что античное искусство служило мастерам наравне с другими “источниками вдохновения”. Как отмечают в монографии “Художественное убранство русского интерьера XIX в.” Н.Ю.Гусева и Т.А.Петрова, “помпейский стиль”, как и родственный ему “неогрек”… явились новым вариантом прочтения искусства Древней Греции и Рима”. Раскопки итальянского города Помпеи, погибшего при извержении Везувия в 79 году, значительно расширили представление современников об античности. В произведениях керамистов середины XIX века можно найти элементы “точного цитирования” римских и греческих образцов, обнаруженных при археологических раскопках. Но исследователи эпохи историзма называли это направление “этрусским стилем”.

Изображения на вазе, чашке с блюдцем и молочнике следуют краснофигурным и чернофигурным росписям на греческих сосудах. Ваза – значительных размеров, ее черная матовая поверхность и силуэтное красное изображение имитируют краснофигурную роспись греческих ваз. Создается впечатление, что это английский оригинал из “яшмовой массы”. Отметим, что знаменитые вазы, которые выпускал на фабрике “Этрурия” Дж. Веджвуд в последней трети XVIII века, были исполнены из черной базальтовой массы и расписаны матовыми красками (их назвали “энкаустическими”).
Миниатюрный молочник в форме ойнохои из бланжевой массы входил в состав небольшого сервиза для завтрака. Подобный сервиз-дежене сохранился в собрании керамики Государственного Эрмитажа. Отдельные изделия, выполненные в “помпеянском стиле”, приобретали небогатые покупатели, представители среднего слоя, те, кто старался следовать моде, отражавшей новые веяния в убранстве интерьеров.

Мастера завода Поскочина создали целый “пласт” произведений, следуя формам и декорировке английского фаянса XVIII-XIX веков (лучшего по тем временам).

Три тарелки из столового сервиза из “бланжевого” фаянса, имеющего светло-желтый цвет массы, украшены букетами цветов на зеркалах и растительными орнаментами в лилово-сиреневых тонах (илл. 14, 15). Это копии утраченных оригиналов (“доделки”) знаменитого “Хаск-сервиза” (“Hask Service”). В английской литературе сервиз получил такое название, так как в нем использован “хаск”, орнамент, напоминающий сухой пшеничный колос.

“Хаск-сервиз” был изготовлен в короткие сроки в 1769-1770 годах по заказу Екатерины П. Он состоял из столовой и десертной частей и предназначался для сервировки стола на 24 персоны. Предметы делал и отбирал Дж. Веджвуд на фабрике “Этрурия” (Берслем), а расписывали их в декорационной студии в Челси (Лондон), за чем следил компаньон Дж. Веджвуда – знаток искусств, коллекционер и негоциант Томас Бентли. Интересно, что в их переписке этот сервиз называется “русским”.

Доставленный в 1770 году в Санкт-Петербург, “Хаск-сервиз” стал своеобразной визитной карточкой Веджвуда в России. Сервиз поступил в кладовую Зимнего дворца. Он выполнен из фаянса теплого, кремового оттенка, так называемого “cream-coloured ware”, расписан цветами и гирляндами в лилово-сиреневых тонах. Этот тип фаянса носил название “фаянс королевы” – в честь супруги Георга III, королевы Шарлотты. В 1764 году Дж. Веджвуд создал для нее чайный сервиз.

В 1819 году “Хаск-сервиз” состоял из 1500 предметов. Сейчас он находится в Петергофе и насчитывает всего 192 предмета, из которых 107 – доделки, датируемые 1840-ми годами. Их выполняли не только на заводе Поскочина, но и на заводах Отто и Гинтера. Размещение императорского заказа именно на этих предприятиях свидетельствует о высоком качестве производившегося здесь фаянса. Тарелки завода Поскочина имеют на дне тестовую марку “СП”, они – лучшие среди российских доделок.

Фаянс Поскочина напоминал знаменитые английские изделия Дж. Веджвуда, выполненные из “яшмовой массы” (“Jasper ware”) в 1775-1795 годах на заводе “Этрурия”. Их делали из цветной каменной массы и украшали невысоким белым рельефным декором. Эти “двуслойные” изделия принесли Веджвуду (Марки и клейма посуды Веджвуд WEDGWOOD. Каталог.) огромный успех и вызвали многочисленные подражания как в Англии, так и в Европе. В числе таких предметов – две супницы и два блюда (одинаковой формы, но выполненные из разных цветных масс), декорированные тисненым орнаментом, ажурным узором и белой рельефной виноградной лозой, голубая ваза для цветов с белым рельефным изображением сцены жертвоприношения Аполлону, два коричневых кувшина со сценой стрельбы из лука в парке и миниатюрный зеленый сливочник с белым рельефным изображением домашних животных. По английским моделям выполнены два кувшина , на одном – рельефное изображение волков и собак, на другом – “вакханалии”.
Для последнего предмета моделью послужил кувшин, сделанный на заводе Минтона в Англии. Здесь же, начиная с 1826 года, выпускали скульптуру с “покачивающимися” деталями. Владелец Томас Минтон пригласил на завод в Лондон-Роуд (Стаффордшир) скульпторов, работавших на предприятии в Дерби: Джорджа Кукера, Джорджа Витакера и Самуэля и Эдварда Кейзов. По их моделям делали подобные “элегантные безделушки”. Скульптура пользовалась успехом и была повторена на заводе Поскочина. В России ее называли “Фальстафом”. Английский оригинал в литературе упоминается как “Easy Johnny” (высота его была 18, 7 см). Эту модель на заводе Минтона выпускали из майолики, бисквита или парьена. Отметим, что моделью для английской скульптуры послужила работа знаменитого немецкого модельмейстера И.Кендлера, работавшего на Мейсенской фарфоровой мануфактуре, а ее прототипом был реальный человек – шут при саксонско-польском дворе, отличавшийся очень маленьким ростом, но славившийся проницательным умом и необыкновенным чувством юмора.

По английской модели были выполнены цилиндрическое кашпо на поддоне с пейзажами в медальонах и кувшин-тоби в виде мужской фигуры. Кашпо полностью декорировано серебряным люстром, поэтому выглядит как знаменитое английское серебро. Модель кувшина-тоби под названием “Ночной сторож” выполнена керамистом Энохом Вудом (1759-1840) и датируется 1790-1810 годами. Этот мастер происходил из известной династии керамистов Стаффордшира, учился у Дж. Веджвуда и Хэмфри Палмера, был искусным модельщиком и ввел в английскую керамику несколько типов кружек-тоби. Одежда персонажа и форма его парика адресуют нас к театру, так как они довольно архаичны для времени изготовления тоби. Мы видим портрет-изображение известного проповедника Лондона – Джорджа Уайтфилда. Именно его в образе персонажа “Mr. Watchlight” пародировал драматург Джозеф Рид в пьесе “Register Office”, которая в 1761 году с большим успехом шла в лондонском театре “Глобус”. Особенностью “tobby”, которые изготовлялись Э.Вудом в Берслеме, была их роспись яркими цветными эмалями, что прекрасно повторили на фабрике Поскочина.

К немецким образцам нас адресуют скульптура-ароматница в виде фигуры башмачника и скульптура “Китаянка” – о ней Н. Ротштейн написал, что “дым выходил через рот, в котором находилась трубка”. “Китаянку” на заводе Поскочина изготавливали из “бланжевого” фаянса или полуфарфора, повторяя мейсенскую модель XVIII века, так называемую “Пагоду” (автор модели – И.Кендлер). “Пагоду”, в свою очередь, скульптор делал как “китайскую” стилизацию фарфоровой статуэтки Будая. Такие “забавные мелочи” (как скульптуры завода Поскочина) располагались на маленьких столиках, на консолях, на полках каминов, горок, этажерок, ставших непременными атрибутами любой столовой, гостиной или кабинета “эпохи историзма”.
Все изделия завода Поскочина имеют “тестовые” марки. На первой дана надпись “С.ПОСКОЧИНА” и добавлены буквы и цифры. На второй марке – надпись “ПОСКОЧИНА” и добавлены буквы и цифры.

На некоторых изделиях указаны буквы (монограммы), исполненные в надглазурной технике. Можно с уверенностью утверждать, что буквы в тесте – это “знак” мастера, сделавшего модель (форму) изделия. Так, на двух одинаковых по размеру и форме, но разных по материалам (фаянс и полуфарфор) вазах с крышками стоят одинаковые “К” и “2″. Мы можем отметить монограммы наиболее искусных мастеров. Мастер, чья монограмма “П”, выполнил тарелки с пасторальной сценой и в виде трилистника. Керамист, обозначенный буквой “Н”, изготовил сухарницу, скульптуры “Китаянка”, “Фальстаф”, кувшин-тоби, кувшин со сценами вакханалий, вазу с античным сюжетом. Парные кашпо, “Китаянка”, “английская” супница с крышкой и поддоном – это работы мастера, ставившего на изделиях метку латинской буквой “С”. Отметим, что одинаковую форму делали разные мастера. Как мы видим, “Китаянку” исполнили мастер с монограммой “Н” и мастер с латинской “С”.

На изделиях Поскочина с прекрасной надглазурной росписью есть и инициалы художника. Так, на чашке с “китайской росписью” мы находим “П” и “О”, на парных кашпо – “С” и “К”. Можно предположить, что предметы в “немецком вкусе” делал мастер из Пруссии. Цифры на них указывают или на размер (модель сливочника есть в 2 вариантах), или на номер предмета в комплекте (наборе).

Как уже упоминалось, в 1842 году завод перешел во владение к графине С.А.Голенишевой-Кутузовой, но никаких изменений в выпуске его продукции не произошло. Так, согласно маркам на изделиях, к этому периоду относятся три миниатюрных сливочника с белыми рельефными изображениями амуров, корзинка, предметы чайного сервиза в “английском вкусе”, по старым моделям мастера повторяли скульптуры “Китаянка” и “Фальстаф”. Однако встречаются и новые изделия, как, например, забавный штоф с пробкой в виде фигуры обезьяны на овальном постаменте.

Столовые и чайные сервизы, декоративные предметы, скульптура завода Поскочина выполнены великолепно: легко и тщательно сделаны сложные формы, точно и четко промоделирован рельефный декор, гармоничны кистевая роспись, позолота, люстрирование, виртуозна скульптура. Моделями для изделий служили образцы лучших европейских и английских заводов XVIII – XIX веков.

На предметах 1842 – 1851 годов встречаются различные марки. Первая (в тесте) выглядит так: изображение короны, под ней – надпись “сгк” и “морье”, далее – инициалы мастера и цифры, указывающие размеры модели. Вторая марка (в тесте): изображение короны, под ней – надпись “С.А.ГОЛЕНИЩЕВОЙ-КУТУЗОВОЙ”. Третья марка (в тесте): изображение короны в овале, вокруг нее – надпись: “бывший морье поскочина”. Четвертая марка (в тесте): изображение двойного графского герба С.А.Голенищевой-Кутузовой и надписи “С.А.Голенищева-Кутузова”, под ней – “морье”.
Следует отметить, что время, когда работала фабрика, было очень благоприятным для развития отечественной промышленности. Правительство надежно защищало ее от иностранной конкуренции, последовательно вводя в первой половине XIX века все более высокие тарифы на ввоз зарубежной керамики. Только очень состоятельные люди могли позволить себе купить иностранный фаянс и фарфор (их привозили из путешествий и платили высокие пошлины за ввоз). Изделия завода Поскочина, выполненные по иностранным оригиналам и почти не уступавшие им по качеству, пользовались успехом у покупателей и находили спрос на российском рынке. Его продукция предназначалась для среднего класса (небогатых дворян, торговцев, чиновников). Можно говорить и о “петербургском вкусе” этих изделий.

Среди русских фаянсовых предприятий первой половины XIX века завод Поскочина стоит рядом с Императорским Межигорским заводом. Все поскочинские изделия выполнены в “европейском” вкусе. Поскочин сделал все, чтобы поднять достоинство русского фаянса. (с)

Популярные статьи на сайте:
Гарднеровский фарфор, клейма Гарднер.
Клейма и марки ЛФЗ и ИФЗ. Каталог клейм
Фаровая ваза “Девочка и гаитянин” Гаити.
Клейма Meissen синие скрещенные мечи и их имитации. Поддельные клейма Мейсен.
Британские марки и клейма английского фарфора.